• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: местный книжный за углом (список заголовков)
16:10 

Мотивация гнёт рельсы

Если бы Вы читали обёртки от шоколадок, можно было бы избежать многих разочарований (с).
Ко мне скоро снова придёт мистер Ужас_Студента, но а пока вот очень и очень интересная статейка про то, что на самом деле "всё научненько" и "литературненько".

Оригинал: biggakniga.ru/2016/02/13/7-романов-о-науке-и-уч...
Статья:

7 романов о науке и ученых

Эта неделя запомнится нам не только тем, что весь мир в очередной раз покрылся сыпью сердечек и промо-акций в честь очередного Дня святого Валентина. (Не то чтобы я была слишком против, наоборот, я искренне считаю, что нашей планете нужен хотя бы один день, в который мы просто обязаны были бы любить друг друга, потому что все остальные дни у нас и так сплошные Никодимы Геененавистники и Северьяны Утропонедельники, не говоря уже о том, что Марьяна Всехубитьнадо-на отмечается почти международно каждую вторую секунду часа). Нет, на этой неделе вдруг снова выяснилось, что наука — это дико сексуально, потому что мы все послушали музыку черных дыр, которые столкнулись сколько-то там миллиардов лет назад и убедились в том, что Эйнштейн слушал эту музыку еще до того, как это стало мейнстримом. (Да, я прочла книжку Стивена Хокинга, знаю, что такое гравитационные волны и не просто так ношу очки.)
Поэтому — в честь Эйнштейна, в честь дня рождения Дарвина и в честь того, что у Аси Казанцевой на этой неделе вышла новая книжка, посвященная тому, что в интернете сидеть — не мешки ворочать — я решила составить список своих любимых романов о науке и ученых и поделиться им с вами. Ну а если вам этого списка будет мало, вот вам отличный сайт - www.lablit.com/the_list , который посвящен изображению науки в медийной культуре. (Ссылка ведет на огромный список романов, в которых так или иначе фигурируют ученые, так что наслаждайтесь.)
Ну а вот мой список (моих любимых романов об ученых гораздо больше, но я старалась выбирать те книги, которые переведены на русский, иначе бы я просто семь раз написала бы всем читать The People in the Trees Янагихары):

1.

2.

3.

4.

5.

6.

7.

7*.

@темы: местный книжный за углом

21:20 

Если бы Вы читали обёртки от шоколадок, можно было бы избежать многих разочарований (с).
Бог, Солнце и Художник. 4. Про любовь

Елена Фельдман


Художник стоял перед зеркалом, театрально простерев руку к своему отражению. У Художника были серьёзные проблемы.
- Я вас любил… - с придыханием начал он, но тут же умолк. – Нет, прошедшее время тут не годится. Любовь моя, души услада… Слишком пафосно. Шаганэ ты моя, Шаганэ... О Боже!
Боже смущённо выступил из тени дверного косяка.
- Прости, что не постучался, но ты был так увлечён… Кстати, а что ты делаешь?
- А Ты будто не видишь, - буркнул Художник. – В любви признаюсь.
Бог озадаченно заглянул в зеркало.
- Нарциссизм? Понимаю, бывает…
- Да нет же! – Художник в нетерпении махнул рукой. – В общем, я на той неделе писал портрет… Ходил за хлебом… Случайная встреча на улице… Прекрасная Незнакомка… Э-э, да что тут говорить!
Художник сдёрнул простыню с подсыхающего рядом холста и развернул подрамник к Богу.
- О, - уважительно протянул тот. – Понимаю. И в чём же состоит твоё затруднение?
- Я не знаю, что ей сказать, - мрачно констатировал Художник. – Всё перебрал. И Шекспира, и Пушкина, и Джастина…
- Кого? – встрепенулся Бог, разглядывающий портрет.
- Неважно. В общем, я подозреваю, что она рассмеётся мне в лицо и уйдёт. И будет права.
Художник уселся на подоконник и щёлкнул зажигалкой. Вид у него был примерно как у Бога, проигравшего Солнцу третью партию в шахматы за утро.
Бог задумался.
- Знаешь, часто слова – не самое главное…
- А Ты когда-нибудь признавался девушкам в любви? – перебил его Художник, сердито пыхнув сигаретой.
Бог помахал рукой, разгоняя дымные облака.
- Ну… нет.
- Вот! Вот видишь! – в голосе Художника слышалось какое-то отчаянное торжество. – Как Ты можешь понять мои мучения?
- Послушай, - даже всегда невозмутимый Бог, похоже, начал терять терпение. – Я… присматриваю за вами дольше, чем ты можешь себе вообразить, и смею тебя заверить: часто влюблённые даже не знали языка друг друга, однако это ничуть им не мешало.
Художник по-прежнему молчал, однако вид у него был уже не такой сердитый.
- Для начала подари ей цветы, - предложил Бог. – Допустим, белую розу на длинном стебле. Уверен, после этого нужные слова придут сами.
- Ну ладно, уговорил, - Художник яростно растёр окурок в переполненной пепельнице. – Но если ничего не получится, Ты будешь виноват.
Бог только вздохнул.

- Солнце, - позвал Бог. – Солнце, ты меня слышишь?
- Да слышу, слышу, нечего орать, - из-за облака показался золотистый бок. – Будто ты не знаешь, что с двух до пяти у меня сиеста!
- Прости, но дело срочное, - как можно более виноватым тоном произнёс Бог.
- Какое дело может быть срочнее моего сна?!
- Ну… без тебя не обойтись. Ты - последняя надежда. Можно сказать, что без твоей помощи мир рухнет.
Солнце окончательно вынырнуло из-за облака. Стало ощутимо жарче.
- А что мне за это будет?
- Вечная благодарность, - не растерялся Бог. – Слава. Почитание. Твоё имя воспоют в легендах.
- Ну, если так… - Солнце умолкло и надолго задумалось.

Обычно днём обеденный дворик не отличался особенной популярностью, а сейчас и вовсе пустовал, если не считать Художника, в одиночестве понурившегося за дальним столиком. За окном зарядил дождь, крупные капли барабанили по большому, во всю стену, стеклу, тяжёлые грозовые тучи надёжно скрыли небо от Города.
Бог и Солнце выбрали местом для засады большую кадку с фикусом. Солнце по такому случаю убавило мощность до одной трети, и свечения почти не было видно.
- Ну, и чего мы тут ждём? – яростно шептало Солнце. – У Иерусалима крестного знамения? У апостола Андрея конца запоя?
- Подожди, - отмахнулся Бог. – У человеческих девушек положено опаздывать на свидания на пятнадцать минут. Это называется «этикет».
- Знать ничего не знаю о вашем этикете! Почему нельзя было дать мне спокойно поспать?
- Тсс! – шикнул Бог. – Вот она!
И правда, дальняя дверь с улицы отворилась, и во дворик, спешно складывая зонт, вбежала веснушчатая девушка в очках, свитере, драных джинсах и со стопкой конспектов под мышкой. Художник встрепенулся и поднялся на ноги, протягивая ей уже слегка поникшую белую розу.
- Давай! – скомандовал бог. – Сейчас!
Дворик наполнился радужным сиянием, превратившись в диковинную оранжерею – или райский сад? – полный тропических бабочек с огромными яркими крыльями и неземного света, в котором пульсировали серебряные и лазурные искры. В воздухе потянуло сладковатой, чуть терпкой свежестью молодой травы.
Бог поморщился.
- Со спецэффектами не перебарщивай.
Видение райского сада исчезло, но радуга осталась в глубине глаз Художника и на крохотных каплях росы, хрустальной нитью украсивших лепестки розы.
Девушка, словно во сне, взяла цветок, не отрывая взгляда от Художника:
- Я… я…
- Всё, можем идти, - с облегчением констатировал Бог, и они с Солнцем по-пластунски двинулись в сторону коридора.
Им в спину вдохновенно неслись цитаты из нового альбома Джастина Тимберлейка.

16:49 • 29.01.13

@темы: книжистое, литература и сетература, местный книжный за углом

19:05 

Читалово

Если бы Вы читали обёртки от шоколадок, можно было бы избежать многих разочарований (с).
Мои редкие и оттого особенные читатели, мимокрокодилы и просто наблюдатели ОБСЕ, хочу кой-что вам предложить :smirk:
Я верю в одно (может, не существующее) выражение: "Мы то, что мы читаем". Что же вы читаете, ммм? Мне очень интересно! Думаю, это не плохой способ узнать человека - прочитать то, что было прочитано сегодня им. Жду в комментах понравившиеся вам отрывочки из сегодня прочитанных текстов.
/сетература приветствуется, литература обнимается/
Не будьте попками - пишите!

моё

Лавкрафт Говард Филлипс "Сомнамбулический поиск неведомого Кадата"


...Так что Картер в одиночестве отправился через золотые поля, что тянулись таинственным шлейфом вдоль ивовых берегов реки, а коты повернули назад в лес.
Путешественник прекрасно знал сады, что простерлись между лесом и Серенарианским морем, и он весело шагал по-над поющей рекой Укранос, что бежала, точно следуя его маршрутом. Солнце вставало все выше над лесами и полянами, и в его лучах сочнее становились цвета тысяч бутонов, звездами сияющих на каждом пригорке и в каждой лощине. Весь этот край был словно объят дымкой благодати, ибо солнечного света и тепла здесь в избытке и нет более иного места, где бы так звонко пели птицы и жужжали пчелы, отчего люди, оказавшись в этих местах, мнят себя в сказочном мире и чувствуют, как их души переполняет столь великая радость и удивление, что потом они не в силах об этом и вспомнить.
К полудню Картер дошел до яшмовых террас Кирана, что сбегают к речному берегу и на которых высится тот храм приятства, куда один раз в году прибывает из своих дальних владений на сумеречном море царь Илск-Вад в золотом паланкине, чтобы вознести хвалу богу Украноса, услаждавшего его пением в юности, когда тот жил в домике на берегу реки. Весь из яшмы сложен и самый храм, и его стены, дворики и семь башен со шпилями занимают площадь в один акр, и его алтарь, куда через скрытые каналы впадает река, и бог тихо поет там ночами. Многократно луна, освещая своим сиянием эти дворики, террасы и шпили, слышит странную музыку, но что это за музыка — то ли песнь бога, то ли гимны таинственных жрецов, никто, кроме царя Илек-Вада, сказать не может, ибо лишь он входил в тот храм и воочию видел тех жрецов. А в этот дремотный час резная хрупкая храмина была безмолвна, и Картер, идя под лучами зачарованного солнца, слышал лишь невнятное бормотание великой реки и гомон птиц и пчел.
Весь день пилигрим брел среди благоуханных лугов, в благодатной тени пологих прибрежных холмов, чьи склоны испещрены мирными соломенными крышами и святилищами дружелюбных богов, идолов, вырезанных из яшмы или хризоберилла. Иногда он приближался к самой воде и посвистывал резвящимся в кристально чистом Украносе радужным рыбкам, а в иные минуты останавливался посреди шепчущих зарослей тростника и глядел на бескрайний темный лес на противоположном берегу, чьи деревья вплотную подступали к быстрым водам реки. В прошлых снах он видел диковинных топочущих буйпотов, что робко выходили из леса к реке на водопой, но теперь он не заметил ни одного. То и дело он останавливался понаблюдать за хищной рыбой, которая приманивала поближе к воде птичку-рыбака, дразня ее своими поблескивающими на солнце чешуйчатыми боками, и хватала несчастную за клюв огромными сильными губами в тот самый момент, когда крылатый рыбак отважно кидался на нее сверху.
Ближе к вечеру он взошел на поросший травой пригорок и увидал впереди пылающие в закатном солнце тысячи позолоченных шпилей Трана. Невообразимо высокие алебастровые стены этого поразительного города поднимались к высокой вершине и были вырублены из цельного куска — какими инструментами, не дано узнать никому, ибо эти стены древнее человеческой памяти. И как бы высоки ни были эти стены, с сотнями ворот и двумя сотнями сторожевых башенок, внутренние городские башни, белоснежные под золотыми шпилями, были еще выше, так что наблюдатели, стоящие на равнине за городом, могут видеть, как они устремляются в небесную высь, иногда являя взору свою громаду незамутненной, иногда подернутой сверху клочьями облаков и тумана, а иногда заволоченной низко стелющимся дымом, когда их шпили дивно сияют над клубящимися испарениями. А там, где ворота Трана открываются на реку, расположены огромные мраморные причалы с изукрашенными галеонами из душистого кедра и каламандра, которые качаются на натянутых якорных цепях, а чудные бородатые моряки, сидят на бочках или тюках, покрытых иероглифам дальних стран. А дальше, за городскими стенами, раскинулась сельская местность, где крошечные белые домики дремлют меж холмов, и узкие проселки со множеством каменных мостиков причудливо вьются меж ручьев и рек.
И вот по этому зеленому краю шел под вечер Картер и увидел, что от реки на чудесные золотые шпили Трана надвигаются сумерки. Уже темнело, когда он подошел к южным воротам и там был остановлен часовым в красном камзоле, которому пришлось рассказать три невероятных сна, дабы доказать, что он — сновидец, вполне достойный вступить на таинственные улицы Трана и посетить его базары, где продают всевозможные товары с изукрашенных галеонов...

@темы: местный книжный за углом, литература и сетература, книжистое

01:18 

Севильское причастие

Если бы Вы читали обёртки от шоколадок, можно было бы избежать многих разочарований (с).
Дочитала. :pozdr2: Читала долго, - недели три, с перерывами на обдумывание и перекурами на кайф - но это стоило того и даже больше.

Роман "Кожа для барабана, или Севильское причастие" Реверте - вещь хорошая, вещь на вкус, цвет, запах, страну и город. Не буду скраивать краткое содержание произведения - оно никогда не передаст сути книги да ещё и введёт в заблуждение, ибо, чтобы понять главный замысел автора, нужно именно читать.

Не знаю, зачем и почему автор оставил два варианта для названия книги. Может, чтобы читатели выбирали. На моё личное усмотрение, "Севильское причастие" (именно как название) более прозаично, но не об этом.

Книга мне ооочень понравилась. Посоветовали мне её на просторах дайри, и я, не задумываясь, сразу же побежала распечатывать её. Хорошо, что не посмотрела отзывы перед этим, а положилась на мнение хорошего человека. Говорили (это я уже после прочтения узнала), что книга скучновата. Затянута, сюжет высушен, драма не раскошеливается на носовые платочки да и единственная польза - хорошая песенка на ночь. Ложь и клевета! Окунаешься в атмосферу самого города, самой страны, самого народа и самой истории с головой. Сознаюсь, утонула в книге не сразу - пошло с момента появления семейства Брунеров. Но тогда.... При прочтении проживаешь всё. Абсолютно. Вместе с главным героем одеваешь по утрам чёрный костюм с неизменным стоячим воротничком и белой полоской, вместе со старым священником проводишь обряды и смотришь на звёзды, вместе со всеми сомневаешься, подозреваешь и издеваешься над самим собой: обществу в этом солнечном городке палец в рот не клади. Автора, особенно к концу произведения, понимаешь с полуслова, полу-слога. А страна...! Боже, я буквально видела, как на страницах разливается солнце, чувствовала терпкий запах апельсинов. Этот город с выкрашенными охрой стенами домов навсегда запал мне в сердце. Но, конечно же, главной ценностью романа явились сами размышления главного героя. Наш гг священник и мысли у него, хоть и близки к обычночеловеческим, особые. Сомнения, неуверенная уверенность, ощущение, что идёшь по твёрдой почве, но к обрыву - было всё.

Единственное, что могу сказать после прочтения сего творения, так это то, что в Испанию не возможно не влюбиться, даже если перед вами просто буквы и просто строчки.

:bye:

@темы: местный книжный за углом, книжистое

23:03 

Книжный вор

Если бы Вы читали обёртки от шоколадок, можно было бы избежать многих разочарований (с).
Недавно лазила по книжным сайтам в поисках очередной годноты, что очень редко, но метко (как повезёт) предлагают такого рода сайты, а споткнулась об один отзыв. "Чё ж не почитать? - подумала я. - Любимая ж книга!" Эта, хм, рецензия была написана про роман «Книжный вор» Маркса Зусака, и его автор на славу поупражнялся в сарказме. Таком мерзиньком и исключительно невежественном его виде, что прочитав описание книги в исполнении сего мистера, я не узнала эту историю - всё испохаблено и испорчено. Пройти мимо не могу, простите.

история

читать дальше

@темы: книжистое, местный книжный за углом, мысли вслух и сам с собою

Зелёного ветра всплески

главная